Психология и методология образования

О критическом мышлении

Ноэль-Цигульская Татьяна Фeдоровна

• УМЕЕТЕ ЛИ ВЫ КРИТИЧЕСКИ МЫСЛИТЬ?
  На наших глазах в мире постоянно происходят стремительные и многообразные изменения в разных сферах жизни: в экологии, в политике, в общественной морали, при этом значительная часть указанных изменений носит отрицательный характер.
  Так, падение нравственности в обществе сказывается на росте количества дезинформации, стремление использовать других людей в своих эгоистических целях, попытки «подсунуть» изящно (и не очень) упакованную ложь, выглядящую правдоподобно. Поэтому в наше время особую актуальность приобретает необходимость отличить истину от подделки и встает проблема развития умений критического мышления. Что же такое критическое мышление?
  Сначала укажем, чем это понятие не является. Мы привыкли к тому, что слово «критический » связано с критикой, а мы хорошо овладели умением критиковать других, находить в них недостатки, возражать и спорить. Тем не менее критическое мышление не понимают в значении «отрицающее» или «негативное». Надо не только разоблачать ошибки и сомневаться, а также создавать новые идеи, быть продуктивным, искать объяснение непонятных данных. Важно уметь задумывать над подтекстом, уметь ставить перед собой проблемы и вопросы, и в конечном итоге, иметь открытый свободный ум.
  Психологи К. Уейд и К. Таврис считают, что критическое творческое мышление
  — это способность и стремление оценивать разные утверждения и делать объективные суждения на основе хорошо обоснованных доказательств. Это способность видеть упущения в аргументах и не поддаваться утверждениям, не имеющим достаточных оснований (Wade C., Tavris C., 1990). Кратко и формально говоря, критическое мышление — это мышление, приводящее к объективной истине.
  Ведь необходимость критического мышления возникает тогда, когда появляется потребность проверять достоверность суждений, высказываемых людьми — или нами самыми, или другими. То есть речь идет о возможности быть кем-то введенным в заблуждение, осознанно или неосознанно.
  Критическое мышление носит рефлексивный характер и имеет отношение к общению, к психологии личности. Оно связано не только с познавательной (когнитивной), но и с мотивационной сферой, с самосознанием. Когда же мы имеем дело не с мыслями людей, а с явлениями материального мира, то нам бывает вполне достаточно обычного мышления.
  Очень большое влияние на работу критического мышления оказывает, на мой взгляд, психологическая защита. Здесь мы с вами немного отклонимся в сторону от анализа критического мышления и выясним, что собой представляет психологическая защита личности. Психологическая защита по В.Ф.Бассину — механизм, действующий в форме специфических приeмов переработки информации, которые могут предохранять личность от потери самоуважения в условиях мотивационного конфликта.
  Психологическая защита проявляется в склонности человека сохранять привычное мнение о себе, отторгая и искажая информацию, которую он считает неблагоприятной и которая способна разрушить первоначальные представления о себе и о других.
  Смысл в том, чтобы лишить значимости, а тем самым, обезвредить причиняющие боль моменты. Функции психологической защиты противоречивы: с одной стороны, она способствует приспособлению человека к своему внутреннему миру и психологическому состоянию (оберегая приемлемый уровень хорошего мнения о себе), с другой стороны, она ухудшает приспособленность к внешней социальной среде. Например, когда после неудачи у человека опускаются руки, это можно рассматривать как механизм психологической защиты, предупреждающий огорчение от последующих неудач, но также снижающий вероятность победы.
  Е.Т.Соколова обратила внимание на факт, что любое препятствие ведeт к прерыванию действия до тех пор, пока препятствие не будет преодолено или человек не откажется от его преодоления. При этом действие оказывается незавершeнным во внешнем или внутреннем плане. Если человек не осознаeт смысла тех или иных обстоятельств, незавершeнным оказывается само осознание. В работах
  К.Левина показано, что незаконченные действия вызывают тенденцию к их завершению. Если реальное завершение невозможно, то человек совершает замещающие действия. Механизмы психологической защиты — это и есть некоторые особые , несовместимую с его представлением о себе или о мире. В этом я вижу одно из отличий между мышлением вообще и критическим мышлением. То есть, критическое мышление должно быть свободно от психологической защиты.
  Невозможно отделить кформы замещающих действий. Например, когда мы проиграли в споре, мы мысленно можем продолжать спор, подыскивая новые аргументы (не всегда объективные) и рисуя картины победы над противником.
  Опыт, несовместимый с представлением человека о себе, осознаeтся с большим трудом. Восприятие угрозы сопровождается мобилизацией защиты с целью поддержать «своe лицо», структуру `Я`. Это достигается разными способами. К механизмам психологической защиты обычно относят отрицание, вытеснение, подавление, проекцию, рационализацию (интеллектуализацию или теоретизирование) и другие.
  Теперь вернeмся к критическому мышлению. Человеку бывает тяжело признавать свои ошибки не из-за того, что ему недостает интеллектуальных способностей, а потому, что у него работает психологическая защита. Он склонен отвергать или искажать информациюритическое мышление от творческого. Ведь как только мы задумываем над тем, что собой представляет тот или иной объект, как сразу начинаем воображать, что бы из этого могло получиться (Wade C., Tavris C., 1990). Формулирование гипотез, альтернативных путей решения или взглядов — это творческие акты, которые подходят под данное определение (Ennis R., 1985).
  Поэтому такое мышление более точно называть не просто критическим, а критическим творческим мышлением.
  Приведем такой пример. Многие люди, встречая препятствия на пути к цели, сужают свои горизонты вместо того, чтобы расширять их. Один молодой человек имел заветную мечту — стать ветеринаром. Его любовь к животным была необыкновенной: в три года он не разрешал в своем присутствии убивать жуков. Но его не приняли ни в один ветеринарный техникум, и вследствие этого он запаниковал и впал в отчаяние: «Моя жизнь погибла!». Сначала парень не размышлял критически, а видел лишь две возможности или альтернативы: стать ветеринаром или не быть больше никем. Но, задумавшись над своими возможностями глубже, помыслив творчески обо всех возможных вариантах профессий, в которых можно было бы использовать свою любовь к животным, он осознал, что его выборы практически бесконечны. Можно работать в магазине товаров для животных, в зоопарке, стать биологом, экологом, дрессировщиком, фотографом дикой природы, снимать фильмы о животных или сниматься в кино в роли ветеринара и т.п. (Wade C., Tavris C., 1990.).
  Большинство людей понимают, что нужно тренировать тело для того, чтобы поддерживать его в форме. Но далеко не все понимают, что мышление также требует усилий и тренировки. К сожалению, вокруг великое множество примеров ленивого, небрежного мышления, слишком зависимого от эмоций, от психологической защиты, а также примеров бездумности вообще.
  Как же можно тренировать, развивать критическое мышление? В соответствии с представлениями о развитии способностей, (Теплов Б.М., 1981), способности как личностно-психологические характеристики, развиваются в соответствующей деятельности, в той деятельности, которая их требует. Относя критическое мышление к способностям, мы считаем, что, употребляя на практике умения, приемы критического мышления, мы тем самым содействуем его развитию.
  Насколько тяжело мыслить критически и творчески? Не очень тяжело при условии наличия у нас соответствующего желания и владения рядом определенных умений. Правда, образование в условиях тоталитарного общества не вдохновляло мыслить критически, так как не было заинтересовано в самостоятельной, независимой личности. В современной общественной ситуации появились новые возможности, тем не менее уровень развития критического мышления многих всe ещe не блестящий. Дают знать о себе старые привычки и стереотипы. Очень часто даже сейчас на Украине и в России как учителя, так и учащиеся школ и вузов не поощряются мыслить критически и творчески.
  Нередко люди думают об уме как о вместилище знаний. Но ум — не вместилище, а активный процесс. Припомним знакомое представление о том, кто такой студент: это не сосуд, который надо наполнить, а факел, который необходимо зажечь. Эти слова целиком можно отнести к уму. Ведь мышление требует усилий, выборов, взвешивания доказательств. Если этот процесс развит недостаточно, то люди ощущают трудность в том, чтобы мыслить самостоятельно. Они не могут оценить степень убедительности доказательств, понять, когда их вводят в заблуждение то ли средства массовой информации, то ли политические лидеры, то ли известные экстрасенсы, то ли производители рекламы, и даже собственная спесь и гордость.
  Такие люди не знают, куда выгодно вложить деньги, какого кандидата или партию поддержать, какую религию избрать, какую теорию или способ лечения считать более эффективными, не знают, как решить свои проблемы, то есть не могут продуктивно использовать свои интеллектуальные потенции (Wade C., Tavris C.,
  1990). И дело не в том, что им недостает скептицизма. Они могут обманываться даже из-за чрезмерного недоверия и негативизма, отвергая продуктивные и перспективные пути.
  За примерами далеко ходить не приходится. Немало возражений и сопротивлений всегда возникает против любых нововведений. Несколько десятилетий назад, когда доктор Флемминг открыл пенициллин, он не смог заинтересовать ученых своей находкой. Химическая терапия в те дни учила, что систематическое использование химикалий не может повлиять на воспалительные болезни. Это учение преподавалось во всех медицинских учреждениях. Поэтому как д-р Флемминг осмелился бросить вызов великим умам и устоявшимся идеям? Идея пенициллина просто не привилась, так как научная атмосфера не созрела для нововведений такого рода. Пенициллин отложили на десять лет, пока профессор Домагк не доказал, что заражения могут излечиваться сульфонамидами. Но за Домагком стояла прогрессивная и богатая фирма, которая была готова верить скорее практике, чем традициям. Итак, если сульфонамиды влияют на воспаление, то почему так же не может действовать пенициллин? Таким образом путь был открыт и для пенициллина, который, под давлением воинских потребностей был внедрен и вскоре стал доступен для широкого пользования (Уайльдер-Смит А.Е., 1995). В 20-тые годы ХХ столетия , когда впервые заговорили о запуске ракеты на луну, многие считали, что этим людям место в психбольнице. В одной статье в 30-тые годы ее автор-физик старался доказать, что, если самолет будет двигаться со скоростью, превышающей скорость звука, то он распадется на молекулы, и то же самое случится с пилотом (Семинар с Эриксоном, 1994).
  Ряд исследователей установили, что люди обычно не используют умения критического мышления приблизительно до двадцати пяти лет или до получения высшего образования (Kitchener K., King P., 1989, Schmidt J., 1985).
  Многим детям присуще стремление мыслить творчески и критически. К сожалению, таких детей, которые ставят под сомнение общепринятые мысли, в школе и дома часто считают непослушными, «трудными», требующими, по мнению взрослых, перевоспитания.
  В результате многие выпускники средних и высших школ не могут рационально сформулировать свои аргументы и разглядеть, когда их вводит в заблуждение реклама или пропаганда, играющие на эмоциях, не знают, как оценить надежность доказательств, как принять взвешенное решение. Припоминаю показательный случай из своей преподавательской практики. Один студент на занятии высказал логическую цепь доказательств, в которой содержалась подтасовка, фальсификация.
  Мне жаль, что я тогда не записала его слова. Суть в том, что он выдавал ошибочный вывод за правильный. Я спрашиваю слушателей (а присутствовала целая группа, больше двадцати человек): «Кто заметил ошибку в цепи доказательств?» Ни один из студентов ничего не заметил. Эту ловушку сознавал лишь автор высказывания. Я его попросила объяснить другим, что было не так. На это он возразил: «Зачем мне рубить сук, на котором я сижу? Ведь разве не так Ленин и
  Сталин манипулировали массами? Может, я тоже хочу стать политическим лидером и потому не буду раскрывать своих секретов!» Нам нужно учиться самим и учить студентов мыслить критически, то есть думать о вероятных ошибках, о подтексте, вырабатывать возможные объяснения, находить применение новых знаний к широкому кругу личных и общественных вопросов.
  Умения критического мышления можно применять по отношению к любому объекту. Научиться мыслить критически означает, во-первых, следовать правилам логики, а во-вторых также учитывать ряд следующих общих психологических моментов (Ennis R., 1985, Ruggiero V., 1983, Feldman R., 1994, Цигульська Т.Ф.,
  2000):
  1. Задавайтесь вопросами, интересуйтесь.
  Для любой деятельности ее необходимым исходным условием является включение соответствующей мотивации. Как мотор не заработает и автомобиль никуда не поедет, если не включить зажигание, так и критическое мышление не начнет функционировать, пока не возникнет заинтересованность. Речь идет не о поверхностном любопытстве, проявляющемся в том, чтобы всюду совать свой нос, а о любознательности, пытливости, интеллектуальной жажде. «Пусковым механизмом критического мышления, — отмечает В. Ружжеро, — является склонность быть пытливым, испытывать удивление, искать ответы на вопросы». Если мы спрашиваем себя: «Как это произошло? Почему это так, а не иначе? Что здесь не так?», мы тем самим выходим на путь к правильному определению проблемы (Wade C., TavrisC., 1990).
  Нужно специально заботиться о том, чтобы создавать и укреплять познавательную мотивацию. Стойкая мотивация создает неоценимые преимущества, так как разрешает человеку, который встретил препятствия при решении задачи, время от времени переключать свою деятельность на другие объекты, не выпуская из вида основную задачу. Такое переключение выступает и как предупредительная мера, предохраняющая человека от переутомления, и как способ временной концентрации внимания на побочных (относительно исходной задачи) особенностях ситуации, среди которых может содержаться выход.
  Важную роль играет также сила мотива. В отличие от распространенного житейского представления* о том, что чем более сильная мотивация, тем успешнее деятельность, реальность показывает, что это совсем не так. С одной стороны, действительно, слабая мотивация не эффективна, так как не обеспечивает достаточной развернутости мыслительного процесса. Но слишком сильная мотивация нарушает применение полученных результатов при решении других задач: человек склонен к обычным, стереотипным действиям (включая умственные) и решение не переносится в новые условия, то есть тормозится творчество. Ослеплeнный сильными эмоциями, он не видит перед собой пути, не может трезво мыслить. Моя подруга, когда влюбилась без памяти, до того была обуреваема страстью, что каталась по полу в отчаянии, не находя себе места. Преуспела ли она в отношениях с предметом своей страсти? Конечно, нет. Она не только отпугивала его своим неуeмным пылом, но она не владела собой, вела себя неестественно и просто не могла рационально мыслить. Интересно, что спустя какое-то время она охладела к тому человеку. После этого он сам заинтересовался ею. Здесь дело не столько (или не только) в том, что `чем меньше женщину мы любим, тем легче нравимся мы ей`, но в том, что снижение чрезмерной мотивации благотворно повлияло на характер жизнедеятельности подруги.
  * Житейские представления не так уж часто правильно отражают положение вещей. См. Достаточно ли только здравого смысла?
  Отсюда очевиден практический вывод: состояние повышенного напряжения снижает способность человека применять прочно усвоенные ранее методы и способы решения к новому материалу. Повышенная значимость результатов препятствует переносу принципов решения в новые условия (Грановская Р.М., 1988). Поэтому, если учитель не учитывает индивидуальные особенности учеников и для всех одинаково высоко определяет значимость успеха то ли при написании контрольной, то ли при сдаче экзамена, он тем самым создает условия для плохой работы мышления многих своих воспитанников.
  Сам факт порождения вопросов определяется мотивацией. Вместе с тем имеет значение умение правильно ставить вопрос, так, чтобы это концентрировало внимание, ограничивало перебор гипотез. Известный греческий философ Сократ открыл метод пробуждения вопросов, носящий его имя. Сократовский метод оказывает содействие продвижению в решении задачи и поддерживает интеллектуальные усилия ученика. Свое искусство ведения беседы философ называл искусством повивальной бабки, поскольку у собеседника появляется ощущение самостоятельного порождения решения. Осуществляется этот метод так. После того, как ученик ответил на поставленный перед ним вопрос, Сократ ставил следующие вопросы с таким расчетом, чтобы ответы собеседника на них оказывались в логическом противоречии с ответом на предыдущий вопрос. Заметив противоречие, собеседник сам вносил коррективы в свой ответ. Эта поправка поддавалась
  Сократом новому испытанию, или, как он его называл «обличению», выявляя противоречие между предыдущим и новым ответом. Собеседник снова корректировал свой ответ и так далее (Грановская Р.М., 1988).
  Например, один учитель геометрии как-то применил этот метод в таком случае. «Что такое диаметр?» — спрашивает он. Ученик отвечает : «Диаметр — это линия, которая проходит через круг». Учитель рисует на доске круг и пересекает его волнистой линией. «Итак, это диаметр?». Мальчик замечает ошибку, сознает свое упущение и исправляется: «Диаметр — это прямая линия, которое проходит через круг». На этот раз учитель рисует хорду. Ученик снова замечает ошибку и исправляется: «Диаметр — это прямая, которая проходит через центр круга». Таким образом у ученика вырабатывается убеждение, что он самостоятельно нашел правильный ответ. То есть человек словно бы самостоятельно проходит путь исследования проблемы или задачи. Если бы учитель сам исправил ошибку, то есть ученик получил готовый ответ на вопрос, который в его уме еще не появился, то такие готовые знания ним бы усваивались очень плохо. В Сократовском же методе мы усваиваем знания не потому, что нам их сообщили, а потому, что у нас самих возникла потребность в их получении и мы сами их открыли.
  Имеет значение также форма постановки вопроса. Обычная форма вопроса, безусловно, облегчает ответ. Однако, лишь в обычных условиях: такой вопрос не способствует переносу решения в новые условия. Ведь форма вопроса ограничивает направление мыслительного процесса при поиске ответа. Поэтому если учитель хочет как можно больше высвободить мышление учеников, или, наоборот, задать ему определенное направление, осознание этих закономерностей пригодится. Известный психиатр Кречмер подчеркнул влияние формулировки вопроса на характер ответа и выделил четыре типа вопросов, которые распределяются по степени внушения определенного ответа от асуггестивних до наиболее суггестивных. Первый тип вопроса — вопрос без подтекста внушения (асуггестивный): «Расскажите, пожалуйста, что Вас сюда привело?»; второй тип — вопрос с альтернативной постановкой, в котором есть некоторый элемент внушения: «Ощущаете ли Вы какие-то боли или нет?»; третий тип — вопрос с пассивным внушением: «Ощущаете ли Вы боли?» и четвертый тип — вопрос с активным внушением — «Правда же, Вы ощущаете боли?» (Грановская Р.М., 1988).
  Существует особый тип вопроса, который имеет значение при решении личностных проблем. Это вопрос «Почему?» Он настолько широк, что К.Е. Данилин (1989) называл его «ленивым вопросом» или вопросом ленивого человека. Вместо того, чтобы спросить четко, что именно нас интересует, пользуясь специальными словами: «Что? Где? Как? Когда? Кто?», мы пользуемся расплывчатым «почему?».
  Ответ на такой вопрос, как правило, дается самый легкий в психологическом отношении, наиболее удобный для отвечающего и наиболее далeкий от истины. Очень редко человек указывает на настоящую причину, на реальный мотив своего поведения, чаще он пользуется мотивировками, то есть подставными, фальшивыми причинами. Например, если спросить неуспевающего ученика: «Почему ты плохо учишься?», то он вряд ли сообщит настоящую причину, а будет стремиться отделаться первым попавшимся правдоподобным объяснением. Если же спросить: «Какие трудности ты встречаешь? Что тебе не нравится в обучении?», мы можем получить более откровенный и разумный ответ. Вопрос «почему?» провоцирует защитные механизмы (в частности, рационализацию или теоретизирование, когда подыскиваются псевдоразумные объяснения), которые мешают критическому мышлению.
  Поэтому, например, гештальт терапевты* при работе с личными проблемами клиента обращают особое внимание на то, чтобы целиком изъять такого рода вопросы, а вместо них употреблять более точные и четкие вопросы «Что?», «Как?» (Parlett
  M., Page F., 1990).
  * Подробнее см. Гештальт терапия
  2. Корректно определите или переформулируйте проблему.
  После включения мотивации и постановки вопроса следующий шаг — определить, к чему все это ведет в четких и конкретных терминах. Нечеткая постановка проблемы может ввести в заблуждение. Например, если мы сформулируем проблему так: «Как медитация помогает преодолеть стресс?», то тем самым имеем в виду, сознательно или бессознательно, будто бы то медитация всегда лишь способствует освобождению от стресса. Но, поставив проблему более точно: «Как медитация влияет на стресс?», мы тем самым не исключаем противоположной возможности и не пропустим случаев, когда медитация ведет к усилению стресса.
  Вы также можете переформулировать, переозначить проблему. Ограничения и предположения, которых Вы придерживаетесь, могут быть модифицированы. Например, проблема может быть переформулирована на более абстрактном или более конкретном уровне, в зависимости от того, как она была поставлена изначально (Brown S.,
  Walter M., 1990). Так, если задача дана в общем, абстрактном плане: «Какие причины побуждают людей лгать?», и Вам тяжело ответить, можно перевести ее в более конкретный план: «В каких случаях я сам прибегаю к вранью?» Тогда Вам будет значительно легче найти ответ. Это может быть и попытка решить сложную задачу частично (Грановская Р.М., 1988), и преобразование исходной задачи в более простую из той же сферы, и применение более или менее отдаленных аналогий. Аналогии не только помогают нам открыть новое понимание материала, они также обеспечивают альтернативные рамки для толкования фактов. Одним из особенно эффективных средств употребления аналогии является использование аналогии из сферы жизни животных, когда речь идет о людях, и данных из химии и физики, когда рассматриваются неживые объекты (Feldman R., 1994). Полезна и визуализация — включение наглядных образов. Ведь зрительный образ более компактен и быстр, чем проговаривание информации про себя или вслух, которое требует довольно много времени. Знания о том, что мышление представляет собой перевод с языка символов на язык образов и обратно, служит еще одним резервом развития творческого мышления (Грановская Р.М., 1988).
  Переформулировать задачу можно самостоятельно или с помощью других людей.
  Так, скажем, при возникновении семейных проблем супруги очень часто неправильно определяет свою проблему. Например, муж может ошибочно полагать, что его проблема состоит в нечуткости его жены, не интересующейся его служебными делами и не предоставляющей ему достаточной поддержки. Жена же, переутомленная многочисленными домашними обязанностями, может также по ошибке считать, что ее проблема — ленивый муж, который не помогает ей достаточно в домашнем хозяйстве и чрезмерно ее эксплуатирует. Их общая ошибка в попытке определить проблему состоит в том, что они перекладывают ответственность за свою жизнь и свою проблему на другого, хотя и близкого человека. Не удивительно, что, неправильно определив проблему, такие пары не в состоянии ее решить. Когда такие супруги обращаются к психологу-консультанту, он им помогает переформулировать проблему более корректно, побуждая каждого супруга взять ответственность за свою проблему на себя. Для мужчины эта проблема может быть сформулирована по-новому в таком виде: «я страдаю от злоупотреблений своего начальника и не могу противостоять его давлению». Для жены это: «я перегружена домашними делами и не имею достаточного отдыха». За новым корректным формулированием проблемы будут следовать принципиально новые эффективные пути ее решения.
  Сама способность видеть проблемы уже свидетельствует о положительных качествах мышления, в частности, о его глубине. К.С. Льюис отмечал: «Если мы постоянно имеем в виду нерешенную проблему, то всегда есть надежда решить ее; но если мы делаем вид, что этой проблемы не существует, то это безнадежно» (Уайльдер-Смит А.Е., 1995).
  Решение проблем, метод проблемного обучения выступает также как способ развития мышления . Этот метод ставит ученика в положение первооткрывателя.
  Осуществляется он таким образом. Описывается несколько разных точек зрения на заявленную проблему и потом предлагается каждому определить правильную. То есть участники подводятся к осознанию противоречий в ходе рассуждений и их побуждают к тому, чтобы они, проанализировав обсуждаемые факты, попробовали решить это противоречие путем последовательного формулирования вопросов и ответов на них.
  Например, мы можем изложить определенные знания о системе фактов — о планетарной модели атома, о периодической системе Д. Менделеева, о таблице видо-временных форм глагола в иностранном языке. Потом постановкой вопросов можно побудить учеников или студентов, которые изучают эти системы, самостоятельно заполнить пропущенные элементы. В проблемном обучении участникам предоставляется возможность будто бы самостоятельно пройти мыслительный путь, которым двигался исследователь к своему открытию. Каждый этап обучения содержит незначительное количество новой информации с акцентом на самостоятельных поисках новых путей выхода за его границы (Грановская Р.М., 1988).
  Важно заметить, что в проблемном обучении овладение новыми знаниями начинается не со знакомства с известными способами решения определенной задачи или проблемы, а с создания условий, которые формируют потребность получить решение именно этой задачи. То есть сперва решается задача по созданию необходимой мотивации как исходного условия эффективной работы мышления. После этого человек усваивает знания не потому, что ему их сообщили, а потому, что у него возникла потребность в этих конкретных знаниях. Отвечая на личностно значимые вопросы, которые возникают на пути к цели, человек теперь быстрее и глубже может постигнуть новый материал. Отметим также, что при решении нестандартных задач и в процессе практического применения полученных теоретических знаний преимущества неизменно оказываются за проблемным методом (Грановская Р.М., 1988).
  3. Отличайте факты от мнений.
  Нередко путаница возникает из-а того, что люди не понимают разницы между мнением и фактом или выдают мнение за факт. Факт — то, что имело место в действительности — событие, предмет, действие. Факт — это истина, понятие объективное, независимое от воли и желания субъекта. Мнение — это субъективное понятие. Это суждение или идея, которые могут основываться или на фактах (на истине), или на лжи, на том, что противоречит истине — на чувствах, привычках, предубеждениях, слухах, сплетнях, анекдотах и т.д.
  Можно выделить две категории мнений: суждения и предпочтения. Мнения, основывающиеся на фактах — это хорошо обоснованные суждения, являющиеся истинными или приближающиеся к таковым. Предпочтения или вкусы игнорируют факты, далеки от истины или даже противоречат ей.
  Например, вот два мнения:
  -`кофеин вреден для организма` и
  -`кофеин полезен для организма`.
  То мнение, которое основывается на фактах, является обоснованным суждением.
  Это первое мнение. Наукой собрано немало фактов, показывающих, что после приема кофе наблюдается снижение возбудимости, сопровождающееся снижением условных рефлексов, ослаблением функциональной деятельности всех органов и систем.
  Состояние сниженной возбудимости сохраняется на протяжении 5-7 дней (И. Мозгов,
  1979). Кофеин содержится в кофе, чае, какао. Кофеин мобилизует механизмы стресса, повышает содержимое сахара в крови, частоту сердцебиения, силу сердечного выброса и давление крови. Может вызвать головную боль, раздражительность, нервозность и бессонницу (Цигульська Т.Ф., 2000). То мнение, которое основывается не на фактах, а на чувствах и пристрастиях (человеку нравится кофе и он не может не потворствовать своему аппетиту, а поэтому хочет верить в то, что ему приятно) — это предпочтение или ошибочное мнение*.
  * Подробнее о мнениях и фактах, об абсолютной и относительной истине см. У каждого своя правда или правда одна?
  Одно из наиболее распространенных ошибочных мнений (предпочтений) — это оценка (оценивание) личности*. Есть существенная разница между тем, чтобы оценивать (то есть судить) человека и определить его поступок. * Подробнее об оценивании личности см. a
  Вас не понимают- не в оценках ли дело?
  Когда мы пытаемся определить личность человека (отвечая на вопрос: `Какой он?`) или вешаем на него ярлык (`он бессовестный`, `она бесчувственная`), мы пользуемся субъективными мнениями, предпочтениями, мы его оцениваем и осуждаем.При этом, как правило, не приводим никаких фактов. Когда же мы определяем действия (отвечая на вопрос `Что он делает или сделал?`), то в таком случае мы не пытаемся судить его личность; мы не оцениваем, какой он человек — плохой он или хороший, честный или лживый, добрый или злой и т.д.
  Критическое мышление отказывается от субъективных оценок личности и приводит факты. Когда речь идет о процессе общения и социального взаимодействия людей, наибольшее значение имеют две группы фактов:
  -факты внешнего поведения партнера о том, что объективно наблюдается;
  -факты нашего внутренне переживаемого отношения к этому человеку, то есть наши чувства и эмоции.
  1). Рассмотрим факты внешнего поведения партнера. Когда мы отвечаем на вопрос «Что ты делаешь или сделал?» и квалифицируем поступки: «это малодушно», «ты поступил честно», в таком случае мы приводим факты о его поведении, а не судим его личность.
  В ситуациях, когда нас оценивают, нам находиться очень неприятно. Возникает внутреннее сопротивление. Отрицательные оценки своей личности человек не принимает.
  Когда мы ограничиваемся определением поступка, тогда появляется шанс помочь этому человеку. Если мы отказываемся от осуждения и описываем факты (поведение, действие), то человек склонен прислушаться к нашему мнению. Ведь мы относимся к нему с уважением, предоставляем объективную информацию о фактах поведения, а не отвергаем его личность, не оскорбляем его осуждением и негативными оценками, не выдаeм свои субъективные выводы и приблизительные обобщения за истину.
  2). Наши эмоции, чувства — это факты внутреннего субъективного опыта. Очень важно уяснить, что именно мы чувствуем, как относимся к человеку и к его действиям, и как эти чувства влияют на наше восприятие человека и ситуации.
  Когда мы называем свои чувства, пользуемся «я»-высказываниями, то берeм на себя ответственность. Например: «Я тебя побаиваюсь», «когда ты в упор смотришь на меня, я чувствую неловкость», `когда ты недоговариваешь, у меня возникает недоверие`. В оценках же мы избегаем личной ответственности, прячась за «ты»-высказываниями: «Ты ненадeжный», «Ты лжец». При этом мы отвлекаем внимание от себя и пытаемся переложить ответственность за происходящее на партнeра.
  Какое в преимущество в общении без оценивания? Оценка личности — это всего лишь субъективное человеческое мнение, которое задевает оцениваемого за живое и ведeт к конфликтам и недоразумениям. При этом факты подменяются необоснованными мнениями. Давая такую искажeнную обратную связь человеку, мы и его, и себя запутываем. Ни он, ни мы толком не понимаем, что именно происходит. Когда же мы описываем факты его поведения и факты нашего внутреннего опыта, получается более объективная картина, способная прояснить недоразумение.
  Когда мы даeм знать собеседнику о своих чувствах, мы показываем, что мы такие же люди, как и он. Мы становимся как бы `прозрачны`, когда даeм ему понять, что с нами происходит. Христос об этом весьма образно говорил: `Не судите, да не судимы будете… И что ты смотришь на сучок в глазе брата твоего, а бревна в твоем глазе не чувствуешь? …Лицемер! вынь прежде бревно из твоего глаза и тогда увидишь, [как] вынуть сучок из глаза брата твоего` (Матфея
  7:1-5). Наше самолюбие и эмоции являются брeвнами, застилающими зрение. Когда мы их осознаeм и открываем собеседнику, то тем самым начинаем убирать их из глаз.
  А теперь давайте перейдeм от теории к практике. Я Вас прошу выполнить одно «домашнее задание» — в течение следующей недели отказаться от оценок личности, вместо них пользоваться описаниям фактов и понаблюдать, что случится с Вашими отношениями с людьми. Это задание под силу каждому. Зачем читать о том, как работает критическое мышление, если не развивать его у себя?
   4. Исследуйте факты, доказательства и надежность их источников.
  Нередко приходится слышать, как в пылу ссоры кое-кто заявляет: «Я уверен в том, что я прав, и меня не волнует, что ты думаешь по этому поводу!» А Вы сами никогда так не говорите? Если мы принимаем мнения без доказательств, надеясь, что и другие будут поступать так же, разве мы не прибегаем к некритическому мышлению, или даже к бездумности? Некритическое мышление предполагает, что будто бы все точки зрения одинаковы, или, что лишь моя точка зрения правильна.
  Но это не так. Человек с критическим умом спросит: «Какие доказательства поддерживают ли опровергают этот аргумент и противоположный? Насколько надежны эти доказательства?»
  Люди также очень нечасто бывают непосредственными свидетелями тех фактов, о которых они узнают. Значительно чаще их получают из вторых, третьих рук, и даже еще более отдаленным путем, то есть, в чьей-то интерпретации. Поэтому важной является проблема достоверности и надежности источников получаемых сведений.
  Если средства массовой информации преподносят неожиданную новость, то следует задуматься над тем, насколько надежным был источник, из которого ее получили.
  При этом следует помнить, что даже надежные источники иногда могут ошибаться.
  Лично я, когда получаю информацию лишь из одного единственного источника, и больше она ничем не подкреплена, всегда предполагаю, что ее автор мог ошибиться. В случае наличия двух независимых непротиворечивых источников достоверность ошибки значительно меньше, а если этих источников три и больше — этой информации часто можно верить. Воспользуемся аналогией с судебным разбирательством. Если об определенном факте сообщает лишь один свидетель, то он может быть субъективным, предубежденным, а следовательно, его свидетельство довольно сомнительно. Суд всерьез принимает доказательства в том случае, если два независимых свидетеля говорят одно и то же. В Библии в книге «Второзаконие» по этому поводу сказано: «Не станет один свидетель на кого для всякой вины и для всякого греха,…на слова двух свидетелей или на слова трех свидетелей состоится дело» (Втор 19:15).
  Когда мы знакомимся с сообщениями относительно проведенных экспериментов, следует поинтересоваться, насколько репрезентативной была выборка испытуемых.
  Ведь чем она больше, тем более надежные данные она предоставляет. Если нет возможности проверить надежность тех или иных фактов на данный момент, то критически мыслящий человек поинтересуется, был ли надежный источник подобной мысли в прошлом. Например, тот, кто сомневается в истинности свидетельств апостолов относительно земной жизни Иисуса Христа, представленное в Евангелиях, может поинтересоваться документами светских, небиблейских историков. Так, Иосиф
  Флавий, Тацит, Плиний вспоминали Христа и распространение христианства в первые века нашей эры.
  Некоторые распространенные мнения могут строиться на основе недостаточных доказательств, или даже совсем ничем не подтверждаться. Скажем, немало людей верят в астрологию. Научное же исследование астрологических предсказаний обнаружило, что они имеют лишь случайную точность (Dean J., 1987). Установлено, что предсказания, сделанные профессиональными астрологами, являются или результатом предположений («На Ближнем Востоке напряжения будет возрастать»), или неточности («Одиннадцатого числа следующего месяца настанет конец света»), или закрытой информации, недоступной для широких масс («Гражданин А. вступит в брак с гражданкой Б.»).
  Астрология построена на плохой астрономии (Маршалл Д., 1995). Ни одно созвездие (даже знаки зодиака) сейчас не находится там, куда их помещают астрологи. Земля немного колеблется, вращаясь вокруг своей оси. Это явление «колебания » отображает суточное смещение созвездий. Отсутствие корректирований за последние 1800 лет, когда астрологи в последний раз корригировали свои астрономические данные (астрология основывается на системе Птолемея, разработанной во П веке н.э.) безнадежно исказила все расчеты астрологов. С течением времени ежедневный сдвиг привел к тому, что каждый знак зодиака сдвинулся на один полный месяц. Поэтому если Вы по гороскопу Близнец, то в действительности Вы Телец ; если согласно гороскопу Вы Лев, то Вы на самом деле
  Рак. Колебания Земли настолько сдвинули зодиак, что теперь он включает еще одно созвездие. То есть сейчас насчитывается не двенадцать, а тринадцать знаков зодиака. А находили ли Вы в опубликованных в газетах гороскопах какие-нибудь рекомендации тем, кто родился под знаком Змееносца?
  Возможно, это были бы мелочи, если бы астрология давала хорошие реальные советы. Но так ли это?
  Рекомендации астрологов нередко имеют форму неопределенных расплывчатых утверждений. Так, если Ваш гороскоп указывает, что «сегодня хорошо позаботиться о незаконченных делах» или «лучше избегать ссор с женой «, что конкретного Вы узнали? Разве не каждый день годится для завершения дел, разве лучше их откладывать и не доводить до конца? Разве бывает когда-то полезным нарываться на ссоры и портить отношения?
  Один физик проверил даты рождений нескольких тысяч ученых и политиков, данные о ком напечатаны в американских сборниках «Кто есть кто», посвященных известным людям. Согласно астрологии, родившиеся под определенным знаком в большей мере склонны к занятиям наукой и политикой. Исследователь открыл, что их астрологические знаки расположены в таком же случайном порядке, как и у других людей. Психолог из университета штата Мичиган исследовал данные нескольких сотен семейных пар, расторгнувших брак. Он выяснил, что частота разводов супружеских пар, родившихся под «совместимыми» знаками такая же, как и у пар из родившихся под «несовместимыми» знаками (Маршалл Д., 1995). Астрология не является более успешной в описании личных гороскопов и характеристик, которые выдаются в соответствии с временем и местом рождения — они даже хуже тех, которые сделаны наугад (Dean J., 1987).
  Интересное событие случилось, когда знаменитый иллюзионист Рэнди прислал известному астрологу запрос на личный гороскоп. Астролог, считая, что данные о времени и месте рождения принадлежат самому автору, прислал ему блестящее описание умного, доброго, чуткого человека. На самом деле же это были дата, время и место рождения одного осужденного на смерть насильника (Wade C., Tavris
  C., 1990). Исследователь Д. Дин делает вывод, что астрология — это своеобразная «жвачка, которая приносит удовлетворение, но без ни каких бы то ни было оснований».
  Тем не менее, убеждения в точности астрологии разделяют многие люди вопреки доказательствам. Как Вы считаете, почему?
  5. Анализируйте идеи, предположения, традиции и предубеждения.
  Анализ — это исходная мыслительная операция, с которой начинается процесс мышления. Для его осуществления нужно разложить идею или объект на составные части. Посредством анализа, диссоциации каждая часть может быть исследована с точки зрения новых возможностей, подходов или с позиций новой перспективы, которая приведет к новому решению относительно целой проблемы (Brown S., Walter
  M., 1990).
  Критически мыслящие люди оценивают предубеждения, скрытые за аргументами, которые кажутся самые собой разумеющимися. Они анализируют традиции, к которым привыкли настолько, что уже не задумывают над их значением, происхождением и целесообразностью. Эти люди оценивают предположения, не являющиеся доказанными теориями или проверенными фактами. Критики интересуются, как эти предубеждения и традиции влияют на утверждения и выводы в книгах, в речах, в ритуалах, в теле- и радиопередачах, в рекламе. Например, реклама медицинского препарата провозглашает, что больницы отдают предпочтение этому средству. Такая информация рассчитана на то, чтобы произвести впечатление об этом продукте как о наилучшем. Но что за этим стоит? Возможно, больницы его заказывают потому, что он просто дешевый? (Wade C., Tavris C., 1990).
  Какие-то виды деятельности люди могут выполнять традиционно, так как привыкли к ним, не задумываясь над тем, зачем они нужны, и нужны ли они вообще. Один психолог описал такую семейную традицию, когда молодая мамаша требовала от детей, чтобы они ни в коем случае не клали одежду на кровать. «Почему Вы так на этом настаиваете?» — поинтересовался психолог. Женщина ответила, что не знает причины, просто так было заведено в ее семье. Когда ей предложили это выяснить, она обратилась сначала к своей матери, которая тоже не знала причин, ведь такие требования ставила еще бабушка. Когда же спросили бабушку, то оказалось, что в помещении, в котором они в то время жили, водились клопы. Клопов уже нет много десятилетий, — а традиция оставалась до тех пор, пока не поинтересовались ее целесообразностью.
  Человек с критическим умом сознает или стремится осознать собственные предубеждения, разобраться в них*. А это намного сложнее, чем понять, что кто-то другой является предубежденным. Многие люди бывают предубежденными относительно стилей воспитания таким образом, что целиком поддерживают или полностью отвергают способ, которым пользовались их родители. Они размышляют так: «Меня воспитали так, что лучший метод влияния — розга. Меня били, и я вырос нормальным человеком, итак, мне следует таким же образом воспитывать своих детей». При этом человек не принимает в расчет ущерб, который наносится отношениям доверия между детьми и родителями, не говоря уже о справедливости. * Подробнее о природе предубеждений см. ПредубежденияДругой распространенный вариант влияния воспитания в родительской семье — делать все наоборот (Berne E, 1975): «Меня били, и я так страдал из-за это.
  Итак, я никогда пальцем не притронусь к своему ребенку». В последнем случае человек тоже запрограммирован, предубежден, из-за того, что не может действовать свободно, не может действительно выбрать лучшее. Ведь бывают случаи, когда ребенок осуществил злостное непослушание и его следует подвергнуть наказанию. Критическое же мышление призывает нас исследовать подобные предубеждения, традиции и склонности. В случае, когда доказательства противоречат им, следует прислушиваться к этим доказательствам и пересмотреть старые обычаи.
    6. Избегайте эмоциональных объяснений.
  Нередко мы думаем: «Если я так чувствую, значит, это должно быть правильным». Или: «Если это мне нравится, то это хорошо и полезно, а если не нравится, то это вредно и плохо». Итак, эмоции могут серьезно влиять на трезвость мышления. Ведь наши чувства и эмоции кажутся нам такими естественными, такими правдивыми и убедительными. Не хочу, чтобы у вас сложилось впечатление, что с чувствами и эмоциями надо всегда бороться и от них один лишь вред. Совсем нет. Чувствам есть место в критическом мышлении. Иначе сухой расчeт мог бы привести к разрушительным, бесчеловечным решениям и поступкам. Например, в поисках путей усовершенствования человеческой природы можно прийти к идеям естественного отбора и искусственной селекции людей, как это сделал Гитлер в своей книге «Майн кампф» (Hitler A., 1933):
  «…Человеческий отбор важен… Государство несет ответственность за то, чтобы объявить непригодным для воспроизведения потомства каждого, кто явным образом болен или нездоров в генетическом отношении… и следует проводить беспощадно соответствующие мероприятия, не принимая во внимание понимают ли это другие или нет. Если прекратить воспроизводство физических и психических дегенератов всего лишь на 600 лет, то это приведет…к такому улучшению человеческого здоровья, которое едва ли можно представить себе сегодня».
  Стремясь «помочь природе», Гитлер хотел уничтожить всех евреев, славян и другие «низшие» расы. Ирония этого положения состоит в том, что а славяне вколотили в гроб гитлеризма главный гвоздь, а еврейские ученые предоставили западным государствам научные сведения о том, как победить Гитлера. Научное мышление вышло победителем над гитлеровским холодным умом (Уайльдер-Смит А.Е.,
  1995).
  Итак, критическое мышление не должно быть лишено гуманных моральных чувств.
  Тем не менее часто жестокие действия бывают следствием опустошительных чувств и эмоций. В преследованиях, в революциях, в национальных и религиозных конфликтах, в войнах и самосудах участниками двигают сильные разрушительные эмоции — гнев, злость, зависть, жажда мести, так называемая классовая неприязнь, расовая, религиозная, национальная нетерпимость. Когда нас ослепляют подобные эмоции, нам тяжело бывает понять людей с противоположной точкой зрения, которые также имеют сильные чувства, чувствуют себя обиженными и страстно защищают свою позицию. И мы, и они преисполнены эмоций, которые делают сердце черствым, ослепляют ум, вводят в заблуждение.
  Критически мыслящий человек должен уметь признавать у себя наличие тех или иных эмоций, быть честен с собою. Важно отодвигать в сторону свои эмоции, чтобы они не мешали принимать во внимание доказательства. Нет, не подавлять эмоции, а именно отодвигать, так как подавление эмоций не решает проблему, а лишь переводит ее в неосознаваемый план, и тогда ее еще труднее решить.
  Предлагаю прямо сейчас сделать небольшой опыт. У Вас в данный момент уже существуют определенные эмоционально окрашенные представления относительно политики, культуры, образования, религии, той самой астрологии, отношений между полами, в семье, причин преступности, природы сумасшествия, национальных конфликтов, экономических трудностей.
  А теперь попробуйте отодвинуть в сторону свои эмоции так, чтобы они не препятствовали принятию в расчeт рациональных аргументов, и взгляните на те же самые проблемы трезво, рационально. Что изменилось? Английский поэт Александр
  Поуп писал: «Что разум сплел, то страсть уничтожит».
  7. Не упрощайте настолько, чтобы утратить сущность.
  Критический ум избегает поверхностных выводов и обобщений, стремится заглянуть вглубь, избегает категорических подходов по схеме «или — или». Для граждан постсоветских стран это правило имеет особое значение. Ведь у подданных тоталитарного государства возникает особое тоталитарное сознание (Гозман Л.,
  Эткинд А., 1989), которое состоит из особых стереотипов или мифов.
  Один из таких мифов — вера в то, что мир прост, миф о простоте мира. У такого человека очень примитивная система координат, которая чаще всего состоит лишь из двух полюсов, то есть кое-что может быть только плохим или хорошим, черным или белым, вредным или полезным, целиком правильным или полностью неправильным, кто-то может быть лишь врагом или другом. Нет никаких переходов, нюансов. Сложность отбрасывается или считается буржуазным пережитком, декадентством. Слово «плюрализм» в тоталитарные времена даже считалось бранным.
  Тоталитарное сознание тяготеет к однозначным решениям: «или-или», «всe или ничего», «всегда или никогда». Подходя с такими мерками к решению сложных вопросов жизни, человек с тоталитарным сознанием старается втиснуть сложную картину реальности в прокрустово ложе очень узких мерок, в которые реальность просто не вмещается. Отсюда неизбежно возникают проблемы, из которых человек не видит выхода. При наличии такой общественной «наследственности» довольно непросто мыслить критически и творчески. Но непросто — не значит невозможно.
  Надо только обращать внимание на это препятствие, сознавать его и стремиться преодолеть.
  К сожалению, нередко приходится наблюдать, как из одного единичного случая делаются слишком распространенные выводы обо всем мире. Человек встречает отдельный плохой случай и начинает думать, что все явление, или вся программа так же плохи. Если один студент не любил какой-либо предмет в институте — значит, этот предмет неинтересный и никому не понравится. Один представитель какой-то нации или другой группы оказался мошенником или вором — делается вывод, что вся группа состоит из преступников. Правильно ли так размышлять?
  Критик, прежде чем сделать обобщение, требует много доказательств и свидетельств. Если Вы, скажем, в чем-то потерпели неудачу, это совсем не значит, что Вы неспособный, ведь могло быть просто неблагоприятное стечение обстоятельств.
  М. Мольц (Мольц М., 1992) проводит такую аналогию: автомобиль оборудован «отрицательными индикаторами», которые информируют водителя о том, что перегрелся мотор, на исходе топливо и т.д. Нельзя игнорировать эти показатели, иначе можно уничтожить автомашину. Однако нет нужды чрезмерно волноваться, когда загорается соответствующий индикатор: Вы просто что-то начинаете делать для устранения неполадки. Отрицательный сигнал не значит, что машина никуда не годится. Такое случается время от времени со всеми автомобилями. Но водитель не должен все время, не отрываясь, смотреть исключительно на панель приборов.
  Иначе авария неминуема. Он должен смотреть вперед, на дорогу, главное внимание уделять цели, которую он хочет достичь. Поэтому приблизительно так надо себя вести по отношению к своим отрицательным симптомам. «Ваши ошибки — это не Вы.
  Отрицательные моменты, хотя и присущи Вам, но совсем не воплощают Ваше Я. Ваши ошибки не означают, что Вы сами являетесь ошибкой. Возможно, Вам пока что не удалось выразить себя полностью, но это не означает, что Вы никчемный человек» (Мольц М., 1992, с.116).
  Мышление время от времени сталкивается с необходимостью упрощать картину, освобождать ее от ненужных деталей. Определенная простота и удобство, компактность представления данных не являются недостатком мышления. Экономность и лаконизм мышления рассматривается как его безусловное преимущество. Дело в качестве упрощения: чтобы, выливая воду, не выплеснуть вместе с нею ребенка*.
  То есть, освобождаясь от несущественных деталей, отказываясь от второстепенного, поверхностного и вторичного, сохранить сущность. Борис
  Пастернак писал об этом так: * Опасность редукционизма (чрезмерного упрощения) убедительно показана в статье Бихевиоральная терапия
  Во всем мне хочется дойти до самой сути,
  В работе, в поисках пути, в сердечной смуте,
  До сущности протекших дней, до их причины,
  До оснований, до корней, до сердцевины.
   8. Учитывайте другие объяснения.
  Важно учиться продуктивно формулировать гипотезы (предположения), которые могли бы дать правдивое пояснение определенных событий, поступков, особенностей. Конечным результатом проверки гипотезы должно быть такое объяснение, которое будет касаться большинства случаев с наименьшими предположениями. Стремясь к истине, критики не отвергают альтернативы, рассматривают противоположные гипотезы или аргументы. Они вырабатывают немало возможных интерпретаций, прежде чем избрать наиболее вероятную.
  Так, например, критически мыслящий человек, который хочет узнать о происхождении Земли и жизни на ней, не примет эволюционную концепцию как исключительно возможную, а поинтересуется тем, какие еще существуют альтернативные теории. Так, он узнает, что существует еще креационная модель (от англ. слова creation — творение), которая утверждает, что всe создано
  Богом-Творцом. Критический ум не отвергнет креационизм как предрассудок только потому, что идея Творца не совместима с атеистическим мировоззрением, навязываемым коммунистической идеологией свыше 70 лет, а всерьез рассмотрит факты, приводимые креационистами. Например, второй закон термодинамики. Он утверждает, что изолированная система может стать только менее упорядоченной, менее организованной и менее сложной. Она никогда не сможет меняться в противоположном направлении. Так, если оставить автомобиль в лесу лет на 15-20, где никто его не будет трогать, то он непременно изоржавеет, придeт в негодность и, в конце концов, разрушится, но никогда сам по себе, без вмешательства сил извне не сможет стать более сложным. В нарушение этого закона природы эволюционисты верят, что вселенная — изолированная система, начавшаяся из хаотического состояния в результате взрыва и самопроизвольно превратившаяся в необыкновенно сложную вселенную, существующую сегодня.
  Также имеется более 100 наyчных аpгyментов в пользy молодости Земли и вселенной. Ученые высчитали скорость выпадения космической пыли на Землю и на
  Луну. Если возраст этих планет составляет миллиарды лет (так утверждают эволюционисты), толщина пылевого пласта должна составлять 15 м. Из-за эрозии грунта на Земле слой пыли такой толщины не может сохраниться ни в одном месте планеты. Когда планировали высадку на Луну первых модулей, то конструировали для них широкие подушки, чтобы космические датчики не погрузились глубоко в пыль. Когда состоялась первая высадка на Луну, ученые были поражены: пласт пыли был всего лишь несколько сантиметров, то есть возраст Луны составляет меньше 10 тысяч лет.
  Другое доказательство молодости Земли — сжимание Солнца с скоростью 0,1 % за столетие или 1,5 м в час. При такой скорости 100 000 лет назад Солнце должно было бы быть вдвое большим, чем сейчас, а 1 миллион лет тому назад его размеры сделали бы жизнь на Земле невозможной (Опарин А.А., 1998).Полезно также занять позицию другого человека: другие могут иметь такие возможности, которых у нас нет. Этим человеком может стать вовлеченный в ситуацию участник или незаинтересованный посторонний наблюдатель. Когда вы делаете так, Вы тем самым приобретаете свежий взгляд на ситуацию (Feldman R., 1994) и повышаете шансы на творческое оригинальное ее решение.
   9. Будьте терпимы к неопределенности.
  Когда мы начинаем учиться мыслить критически и творчески, то рано или поздно сталкиваемся с проблемой: как быть с неопределенностью, с неизвестным, с тем, чего мы никак не можем узнать? Как нам известно, прежде, чем строить корректные умозаключения, надо тщательно исследовать доказательства. Но иногда случаются ситуации, в которых мало или совсем нет таких доказательств, на которых можно построить корректный вывод. Временами имеющиеся свидетельства разрешают делать лишь гипотетические, пробные выводы. Из-за это мы иногда можем впадать в отчаяние, когда поначалу доказательства кажутся нам такими непоколебимыми, вескими… Но вот открываются новые факты, которые противоречат тому, в чем мы были уверены раньше. И оказывается, что мы ошибались. Критически мыслящий человек не будет бояться сознаться в таких случаях: «Я не знаю», «Я не уверен». Он примет это состояние неопределенности как объективную реальность.
  Это не малодушие, не бегство, а признание реальных фактов и стимул для дальнейшего продуктивного исследования (Wade C., Tavris C., 1990).
  Стремясь к окончательным выводам, люди могут чувствовать себя неуютно, когда эксперты или сама жизнь не дают им исчерпывающего ответа. Например, в учебном процессе при знакомстве с разными дискуссионными подходами к проблеме случается такое. Ученики или студенты не могут смириться с тем, что отсутствует или общепризнанное понятие, или единодушно принятая теория, и начинают негодовать: «Как это так — противоречивые выводы? Дайте мне правильный ответ!»
  Иногда они даже отказываются знакомиться с разнообразными подходами в науке: «Зачем нам знать так много разных концепций? Дайте нам лишь одну правильную!»
  Такое желание окончательности и категоричности в подобных случаях, категоричности во что бы то ни стало, даже вопреки объективным обстоятельствам, может отвернуть их от истины, и, что очень печально, даже от поисков истины.
  Так, порой приходится слышать такие высказывания : «В мире так много разных христианских конфессий, и каждая из них утверждает, что только она самая правильная и основана на Библии. Наверное, Библию изучать нет смысла, так как в ней невозможно разобраться». Но разве наличие разных мнений значит, что все, кто их высказывают, неправы? Я лично убеждена, что разобраться в Библии можно и нужно, если быть последовательным и настойчивым, только надо этого по настоящем хотеть и руководствоваться критическим мышлением. Иисус Христос в Евангелии от
  Иоанна по этому поводу говорил: «кто хочет творить волю Его, тот узнает о сем учении, от Бога ли оно, или Я Сам от Себя говорю» (Иоанна 7:17).
  Необходимо научиться принимать определенную меру неполноты, неопределенности, незавершенности. Для многих из нас это бывает тяжелейшим уроком жизни. Это не означает, что мы должны жить без убеждений и четких представлений. «Тот факт, который сегодняшнее знание может быть опровергнуто, или хотя бы исправлено завтра, — отмечает В.Ружжеро, — может привести к определенному скепсису, который заставит отказаться от стремления приобретать эти знания. Но такая картина было бы бессмыслицей, так как в практическом понимании невозможно построить жизнь на этой позиции. Кроме того, не приобретение, не усвоение знаний является причиной проблемы, а отказ где-то отдохнуть, когда очевидность указывает на необходимость расслабиться в поисках истины. Вполне достаточно с осмотрительностью сформировать убеждение, а потом придерживаться его не слишком сурово, будучи способным пересмотреть его в случае, когда новые факты и доказательства вызовут вопросы и сомнения» (Ruggiero V., 1983). Апостол Павел в Послании к Фессалоникийцам призывал: «Все испытывайте, хорошего держитесь» (1 Фесс 5:21).
  10. Занимайте критическую позицию (перспективу).
  Критическое мышление несовместимо с тем, чтобы пассивно усваивать предположения и аргументы. Вместе с тем следует критически относиться к проблеме, к получаемой информации, следует задумываться о подтексте, о возможных исключениях и противоречиях (Feldman R., 1994).
  11. Мыслите нестандартно, нешаблонно.
  Вместо того, чтобы воспринимать объект лишь в привычном понимании, подходить к нему только логически, попробуйте вообразить себе, как бы это могло помочь, если бы Вы забыли о его знакомом повседневном употреблении и попробовали вести себя с ним непривычным способом. Например, Р.Фелдман (Feldman
  R., 1994) предлагает ответить на такой вопрос: «Сколько способов употребления
  Вы могли бы придумать для обычной газеты?» Сравните свой ответ с тем, который предложил один десятилетний мальчуган:
  `Вы можете читать ее, писать на ней, расстелить ее и рисовать на ней… Вы можете выстелить ею ведро для мусора, накрыть ею кресло, если на нем беспорядок. Если у Вас есть щенок, Вы можете положить газету в его ящик, или постелить ее в дворе для щенка, чтобы поиграться с ним. Когда Вы что-нибудь строите и не хотите, чтобы кто-то это увидел, Вы можете загородиться газетами вокруг. Положить газету на пол, если у Вас нет матраса, использовать ее для того, чтобы взять у руки что-то горячее, остановить с ее помощью кровотечение, подстелить ее под мокрую одежду, из которой капает. Ее можно использовать как шторы, выстелить обувь изнутри, чтобы накрыть что-то острое, сделать из нее воздушного змея, затенить яркий свет. В нее можно завернуть рыбу, деньги, ею можно протереть окна… В газету можно положить мокрые тапки, протереть ею очки, подстелить под протекающий умывальник, поставить на нее горшок с растениями, сделать бумажную посуду, шляпу, обмотать ноги вместо тапок. Можно постелить на песке, если нет полотенца, сделать из нее мячик, бумажный самолет, совок, чтобы собрать мусор, игрушечный шарик для котенка, обмотать руки, когда холодно (Feldman R., 1994).
  Чтобы мыслить нешаблонно, надо принимать во внимание, что во время поиска решения человек осуществляет выбор среди разных альтернатив и невольных ассоциаций. Поскольку ассоциации сильно зависят от индивидуальных и социальных штампов и стереотипов, необходимо сознательно освобождать последние из-под жесткого контроля шаблонного мышления, добиваясь снятия так называемых психологических барьеров (Грановская Р.М., 1988). Трудность этой задачи углубляется тем, что любое преодоление, слом мыслительных, как и вообще любых стереотипов, связаны для человека с отрицательными эмоциями. Сущность психологического барьера состоит в тенденции пользоваться штампами, готовыми обычными формами. Незаметно для себя, неосознанно, человек попадает на традиционный, привычный путь мышления, начинает думать в общепризнанном, традиционном направлении и, естественно, ничего нового и оригинального изобрести не может. Влияние барьера состоит в том, что решающий задачу не только чрезмерно суживает сферу поиска гипотез, но и направление его мышления уже заранее задается штампом.
  Существует несколько видов барьеров — специфических препятствий в мышлении, своеобразных запретов. Это могут быть и самоограничения, связанные с инертностью и трафаретностью нашего мышления, и барьеры, вызванные нашим ограниченным жизненным опытом. Так, я бывал лишь в таких и не бывал в другого рода ситуациях, и потому не верю в их возможность, или просто не могу ничего подобного себе вообразить (этого не может быть, так как этого не может быть никогда). Это может быть (Грановская Р.М., 1982) преклонение перед живыми авторитетами (мой научный руководитель против этой идеи, итак , она лишена смысла) или мертвыми (сам Фрейд считал, что все психические нарушения вызваны
  Эдиповым комплексом, поэтому если у человека есть психологическая проблема, то здесь не обошлось без сексуальных влечений). Это также могут быть табу, основывающиеся на ошибочной аналогии (это похоже на поиски вечного двигателя).
  Чрезвычайно действенный способ подавления новых идей — представление о том, что никто не имеет права сомневаться в определенном решении, если сам не предлагает ничего лучшего или более доказательного.
  Чтобы преодолеть барьеры, надо сначала дать себе отчет в их наличии у себя.
  Пока мы этого не сделали, мы разрешаем им управлять нашим мышлением. Осознав их, мы уже начинаем их контролировать. Далее для преодоления многочисленных барьеров может быть полезной в начале решения задачи или проблемы подвергнуть анализу все поле гипотез независимо от их ожидаемой продуктивности. Это метод так называемого мозгового штурма или брейнсторминга (brainstorming). Для того, чтобы не мешать предубеждениям и оценочным суждениям блокировать ход мыслительного процесса, перебирая гипотезы, старайтесь не утратить, не пропустить ни одной мыслимой, какой только можно, идеи. Не обращайте внимание на то, насколько бессмысленной, смешной, недосягаемой, невыполнимой она может показаться на первый взгляд. После того, как готов перечень идей, возможных решений, переходят к второму этапу работы с ними. Теперь оценивается их вероятная продуктивность и отбираются наиболее перспективные. Рассмотрите подробно и тщательно каждую идею, каждое решение. Обдумайте те моменты, которые кажутся непрактичными, как бы вы могли их откорректировать, чтобы приблизить к жизни и сделать осуществимыми (Sinnott J., 1989).
  Исследования показывают, что первые, ранние идеи более обычны, стереотипны и менее творческие, чем более поздние. Почему это так, точно не известно, но гипотетически предполагается, что более безопасные реакции находятся на поверхности сознания и о них думают в первую очередь. Поэтому, перечисляя идеи, имейте в виду, что первые в списке немногого стоят, поэтому нам нужно дополнительно себя стимулировать, пробовать придумать что-то более оригинальное. Чаще всего необычные идеи обеспечивают лучшее решение проблемы.
  Так, сотни изобретателей, конструируя летательные аппараты, основывались на принципе машущих крыльев, наблюдаемых у птиц. Но успешным оказался необычный подход братьев Райт, основоположников современной авиации. Подробнее см.
  Америка глазами украинки. Фотоальбом. К 100-летию авиации. Полeт братьев Райт
  17 декабря 1903 г.
  Чтобы не упустить важных гипотез при случайном их переборе, разработан специальный метод — «Морфологический анализ». Он состоит в расчленении задачи на функциональные элементы и в последовательном использовании всех возможных комбинаций этих элементов во всем многообразии их параметров. Еще один способ борьбы со стереотипами — умение целесообразно видоизменять, «покачать» условия задачи. С этой целью можно изменить размеры, цвет, форму объекта, время, обстоятельства его существования. Можно раздробить объект на части.
  Целесообразно употребить перенос решения в другое пространство и т.п. (Грановская Р.М., 1988). Не бойтесь использовать разные пути для поиска возможного решения (вербальные, невербальные, математические, графические, пространственные, даже драматические, проигрывая некоторые моменты).
  Многим людям знакомы некоторые из этих правил критического мышления. Они употребляют их бессознательно, даже не задумываясь над ними. Наша задача — сделать мыслительный процесс осознанным, доступным анализу, чтобы тем самым обрести возможность контролировать эти процессы и использовать наши умственные способности более эффективно.
  Надо помнить, что критическое мышление — это не только умения, но также и отношения. У нас, по-видимому, не такой уже и непредубежденный и открытый к новому ум, как нам кажется. Нам приятно считать, что только другие люди предубеждены и требуют усовершенствования и большей ясности ума (Wade C.,
  Tavris C., 1990). Критическое же мышление требует подвергнуть строгому и честному анализу даже очень дорогие для нас убеждения, лелеемые годами. Поэтому совсем не всегда умные люди являются вместе с тем критически мыслящими. Мы можем овладеть искусством полемических баталий, используя против оппонентов «умные» аргументы, можем искать слабые места в их позициях, вместе с тем извращая факты и игнорируя неудобные для нас аргументы, противоречащие нашей позиции. Но настоящее критическое мышление, согласно философу Ричарду Полу (Paul R., 1984), это «честный ум, который привнесен в гущу повседневной жизни».
  Критическое мышление не предназначено для людей, которые хотят получить простые решения и окончательные исчерпывающие выводы. Ведь факты и знания не собирают, как коллекцию мотыльков или этикеток. Когда новые знания поступают и включаются в имеющийся у нас запас знаний, они влияют на всю их целостную систему. Наличные факты постоянно переинтерпретируются, реогранизуются, переоцениваются, приобретают новые значения, некоторые из них приобретают новый иерархический статус, другие просто опровергаются и отбрасываются.
  Некоторые философы считают, что все научные теории наконец должны быть опровергнуты. Ведь когда растут наши знания, растут также вопросы, которые мы задаем по поводу этих знаний (Kuhn N., 1981). По мере накопления новых данных научных открытий имеющиеся теории расширяются. В конце концов, наступает такой момент, когда теории становятся не в состоянии объяснить эти новые свидетельства, как бы они ни расширялись и ни растягивались. Ученый подходит к такому моменту, когда он вынужден признать, что или новые факты, которые не вписываются в старую теорию, неправильны, или некорректна старая теория. Это заставляет ученого осознать необходимость в новой теории.
  Означает ли все сказанное, что не существует научного прогресса? Вовсе нет.
  После каждого поражения новая и лучшая теория восстает из пепла предыдущей, объясняя всe больше фактов, решая всe больше загадок и непонятных вещей. Это может смущать людей, которые стремятся к окончательным законсервированным выводам, данным однажды и навсегда. Но это также может приятно стимулировать и вдохновлять тех, кто любит неожиданности, развитие, процесс исследования не меньше, чем его результат.ВОПРОСЫ ДЛЯ САМОПРОВЕРКИ.
  1. Сергей искал, куда бы выгоднее вложить деньги. Его сосед предложил ему одну дело. Но Сергей недолюбливал своего соседа, поэтому отказался и вложил деньги в дело своего приятеля. Со временем его приятель прогорел, и Сергей потерял все свои деньги. Какое правило критического мышления нарушил Сергей?
  А). Задавайтесь вопросами, интересуйтесь.
  Б). Корректно определите или переформулируйте проблему.
  В). Отличайте факты от мнений.
  Г). Исследуйте факты, доказательства и надежность их источников.
  Д). Анализируйте идеи, предположения, традиции и предубеждения.
  Е). Избегайте эмоциональных объяснений.
  Ж). Не упрощайте настолько, чтоб утратить сущность.
  З). Учитывайте другие объяснения.
  И). Будьте терпимы к неопределенности.
  2. Что означает правило критического мышления «быть терпимыми к неопределенности»?
  а) воздерживаться от выводов, когда информации недостаточно, б) не спорить, когда тебе возражают, в) уважать чужую точку зрения, г) нежелание добиться окончательных выводов, д) считать, что истина не имеет значения.
  Какое из восьми правил критического мышления применил Денис в каждом случае (с 3 по 7)?
  А). Задавайтесь вопросами, интересуйтесь.
  Б). Корректно определите или переформулируйте проблему.
  В). Отличайте факты от мнений.
  Г). Исследуйте факты, доказательства и надежность их источников.
  Д). Анализируйте идеи, предположения, традиции и предубеждения.
  Е). Избегайте эмоциональных объяснений.
  Ж). Не упрощайте настолько, чтоб утратить сущность.
  З). Учитывайте другие объяснения.
  И). Будьте терпимы к неопределенности.
  3. Денису показалась неубедительной эволюционная концепция происхождения
  Земли и жизнь на ней. Он задумался над тем, единственая ли это существующая теория, как она возникла, какие еще есть теории.
  4. Денис узнал, что кроме эволюционной еще существует креационная модель (от англ. слова creaton — сотворение), которая утверждает, что Вселенную, Землю и жизнь на ней создал Бог-Творец. Денис сознавал, что ему надо познакомиться с этой теорией.
  5. Однако он ощущал неприятные чувства, отвращение к этому подходу. Парень задумался над причинами своих чувств и осознал, что эти чувства вызваны его детским опытом. Когда он была еще маленький, бабушка заставляла его молиться вопреки его нежеланию. Он понял, что эта отрицательная установка влияет на его восприятие.
  6. Далее он признал, что находится в плену этого отрицательного субъективного отношения. Он решил, что эти чувства не должны заслонять ему путь к истине и ему надо отнестись к проблеме спокойно.
  7. Он решил рассмотреть факты, которые приводят креационисты в пользу своей модели. Вот два из них: снижение давления природного газа и нефти и остывание  Земли.
  Местоpождения газа и нефти были сфоpмиpованы, якобы более 65 миллионов лет назад. Местоpождения нефти и пpиpодного газа находятся только в осадочной поpоде, отличающейся поpистостью. Мы можем взять кyсок осадочной поpоды в лабоpатоpию и, поскольку камень содеpжит поpы, вы сможете пpокачивать сквозь него газ. Hе было еще найдено местоpождение пpиpодного газа стаpше 100 тысяч лет. Измеpения поpод, окpyжающими местоpождения пpиpодного газа, показывают, что по истечении 100 тысяч лет все запасенное давление газа «yлетyчилось» бы сквозь камень.
  Земной шаp теpяет тепло. Земля внyтpи гоpячая. Каждyю милю вглyбь Земля гоpячее на 118 гpадyсов Фаpенгейта (примерно 65 градусов по Цельсию). До центpа же планеты 3960 миль. Мы теpяем тепла, излyчаемого в космос, больше, чем полyчаем его от Солнца. Каждый день сyммаpное тепло недp pасходyется. Земля остывает с большой скоpостью — поpядка десяти в 12-й степени калоpий в секyндy.
  Зная количество теплоты внyтpи земного шаpа и поделив числа дpyг на дpyга, можно опpеделить вpемя, необходимое на пpомеpзание Земли до центpа — всего 40 миллионов лет. Hо посколькy внyтpи Земля все еще пышет жаpом, значит ей гоpаздо меньше 40 миллиаpдов лет. А это согласyется с недавним сотвоpением (Свидетельства молодости вселенной).
  Правильные ответы на задачи приводятся в работе Ответы на задачи по критического мышлению.

       Библиография:

  1. Данилин К.Е. Видео тренинг. Теория. Стенограмма лекции в МГУ. Март 1989 г.
  2. Гозман Л., Эткинд А. От культа власти с власти людей. — Нева, 1989, No.
  7. С.156-179.
  3. Грановская Р.М. Элементы практической психологии. — Л.: ЛГУ, 1988. — 565 с.
  4. Маршалл Д. Новый век против Евангелия. — Заокский, Источник жизни, 1995.157 с.
  5. Мозгов И.Е. Фармакология. — М.: Колос, 1979. — 416 с.
  6. Мольц М. Я — это я, или как стать счастливым. — СПб, Лениздат, 1992.
  7. Опарин А.А. Древний мир и библейская хронология — Харьков, Факт, 1998.175 с.
  8. Семинар с доктором медицины Милтоном Г.Эриксоном. / Редакция и комментарии Дж.Г.Зейга; Пер. с англ. Т.К.Кругловой. — М.: Класс, 1994.- 336 с.
  9. Теплов Б.М. Способности и одаренность. / Избр. труды, т.1, — М.: 1981.
  10. Уайльдер-Смит А.Е. Происхождение человека, предназначение человека.
  Критический обзор принципов эволюции и христианства. — Стефанус, 1995. 279 с.
  11. Цигульська Т.Ф. Загальна та прикладна психологiя. Як допомогти собi та iншим. Навчальний посiбник. Рекомендовано Мiнiстерством освiти Украiни. — Киiв,
  Наукова думка, 2000. — 191 с.
  12. Berne E. Games people play. — Harmondsworth: Penguin, 1975.
  13. Brown, S.I., & Walter, M.I.(Eds.). The art of problem posing (2nd ed.).
  — Hillsdale, NJ: Erlbaum, 1990.
  14. Dean J. Does astrology need to be true? Part II: The answer is No. —
  The Skeptical Inquirer, II, 1987.
  15. Ennis R. Critical Thinking and the Curriculum. — National Forum, 1985,
  61 (1).
  16. Ennis R. A taxonomy of critical thinking disposition & abilities /
  Critical Thinking & learning. — Montclair, 1992.
  17. Feldman R. Essentials of understanding psychology. — New York, 1994.
  18. Hitler A. Mein Kampf. — Munchen: Verlag Franz Eher Nachfolger, 1933.
  19. Kitchener, K.S. & King P.M. (1989) The reflective judgment model: Ten years of research. In M.L.Commons, C.Armon, L.Kohlberg, et al. (eds.), Beyond formal operations III: Models and methods in the study of adolescent and adult thought. — New York: Preager.
  20. Kuhn, T. Unanswered questions about science. In R.D.Tweney,
  M.E.Doherty, & C.R.Mynatt (eds.) On scientific thinking. — New York: Columbia
  University Press, 1981.
  21. Parlett M., Page F. Gestalt Therapy / Individual Therapy. W.Dryden (ed.) — Open University Press, 1990, p.175-198.
  22. Paul, Richard W. Critical Thinking: Fundamental to education for a free society. — Educational Leadership, 1984, September, 4-14.
  23. Ruggiero V. Teaching Thinking across the curriculum. — New York, Harper and Row, 1983.
  24. Schmidt J. A. Older and Wiser? A longitudinal study of the impact of college on intellectual development. — Journal of College Student Personnel,
  1985, 26, p. 388-394.
  25. Sinnott, J.D. (Ed.). Everyday problem solving: Theory and application.
  — New York: Morrow, 1989.
  26. Wade C., Tavris C. Psychology. — Harper and Row, 1990. 692 p.